
Набоков Владимир
Ада, или Радости страсти (Часть 1)
Владимир Набоков
Ада,
или Радости страсти
Семейная хроника
Перевод с английского Сергея Ильина
Вере
За исключением м-ра и м-с Рональд Оранжер,
нескольких проходных лиц
и кое-каких неамериканских граждан, все люди,
поименованные в этой книге, уже мертвы.
[Изд.]
Часть первая
1
"Все счастливые семьи довольно-таки не похожи, все несчастливые довольно-таки одинаковы", - так говорит великий русский писатель в начале своего прославленного романа ("Anna Arkadievitch Karenina"), преображенного по-английски Р. Дж. Стоунлоуэром и изданного "Маунт-Фавор Лтд.", 1880. Это утверждение мало относится, если относится вообще, к истории, которая будет развернута здесь, - к семейной хронике, первая часть которой, пожалуй, имеет большее сходство с другим твореньем Толстого, с "Детством и отрочеством" ("Childhood and Fatherland", изд-во "Понтий-Пресс", 1858).
Бабка Вана по матери, Дарья ("Долли") Дурманова, приходилась дочерью князю Петру Земскому, губернатору Бра-д'Ора, американской провинции на северо-востоке нашей великой и пестрой отчизны, в 1824-м женившемуся на Мэри О'Райли, светской даме ирландской крови. Долли, единственное их дитя, родилась в Бра, а в 1840 году, в нежной и своевольной пятнадцатилетней поре, вышла за генерала Ивана Дурманова, коменданта Юконской фортеции, мирного сельского барина, владетеля угодий в провинции Сhверныя Территорiи (иначе Severn Tories), в этом мозаичном протекторате (и поныне любовно именуемом "русской" Эстотией), гранобластически и органически сопряженном с "русской" же Канадией, "французская" Эстотия тож, где под сенью наших звезд и полос утешаются умеренным климатом не одни лишь французские, но также баварские и македонские поселяне.
Впрочем, любимой усадьбой Дурмановых так и осталась "Радуга", стоявшая невдалеке от крепостцы того же названия - за границей собственно Эстотии, на атлантической плите континента, между элегантной Калугой (Нью-Чешир, США) и не менее элегантной Ладогой (Майн); в последней имелась у них городская усадьба, там и родились все трое их чад: сын, скончавшийся юным и знаменитым, и дочки-двойняшки, обе с нелегким характером.
